Почему мне посреди ночи позвонили из АНБ и попросили исходники

История моей сверхсекретной чашки для кофе

«Пожалуйста, слушайте внимательно и не вешайте трубку». Это первые слова, которые неизвестный мужчина произнёс по телефону, когда брат передал мне трубку.

Были выходные на праздник 4 июля 2000 года, плюс-минус день, и мистер Икс знал: нужно начать именно с этих слов, потому что он звонил за полночь на домашний телефон моего брата в Коннектикуте. Это было особенно жутко, потому что я жил в Калифорнии, и никто не знал, что я в Коннектикуте, за исключением моих ближайших родственников, которые все были там в доме со мной. Я приехал накануне, как обычно делаю во время нашего ежегодного семейного пикника на День независимости.

Зачем он звонил?

Это был вопрос национальной безопасности.

Звонивший извинился за поздний звонок и сказал, что его зовут Дэйв. Он попросил взять ручку и бумагу, потому что собирался дать несколько важных инструкций, которые позволят подтвердить его личность. И тогда ошеломил меня фразой: «Это вопрос национальной безопасности».

Некоторые из моих родных начали собираться рядом с кухней, где я стоял у стены с телефоном. Чёрт возьми, что происходит? Я посигналил брату принести ручку.

Я пытался осмыслить происходящее. Как ни странно, даже не догадался спросить у Дэйва, как он получил этот номер. Мужчина казался серьёзным и говорил авторитетным голосом; думаю, я уже поверил, что он имеет на это право.

Окей, готов записывать.

Дэйв сказал, что он звонит с базы АНБ в Бетесде. Агентство национальной безопасности. Он больше ничего не мог сказать, пока я не перезвоню. Вот зачем нужна была ручка. Он собирался дать инструкцию из нескольких шагов, как перезвонить ему таким способом, который подтвердит его личность и серьёзность ситуации.

Перезвоните
Дэйв сказал повесить трубку, набрать 411 (справка) и спросить у оператора основной номер военно-морской базы в Бетесде, штат Мэриленд. Затем позвонить по этому номеру, пройти через нескольких других операторов на базе, попросив каждого по очереди подключить меня к следующему в цепочке. Он продиктовал точные слова для каждого такого прыжка, потому что я буду просить о перенаправлении на защищённый объект.

Адреналин ударил в голову и я проснулся.

Чтобы успокоить меня, он сказал, что перезвонит через десять минут, если от меня не будет вестей — на случай, если я облажаюсь. Но я справился.

Через несколько минут я снова разговаривал по телефону с Дэйвом. Обалдеть, АНБ. Это происходило на самом деле.

Нам нужна ваша помощь
Дэйв продолжил. Он сказал, что у них есть ноутбук с файлами, которые зашифрованы моей программой SafeHouse. У них ситуация с национальной безопасностью, требующая немедленного доступа к этим файлам, и им нужна моя помощь. А конкретно, если я им помогу, возможно, они получат доступ к файлам быстрее, чем без моей помощи. Время имело существенное значение: отсюда и звонок посреди ночи.

Если АНБ не получит доступа к файлам, случатся неприятности.

SafeHouse был (и до сих пор остаётся) популярной утилитой Windows, которую я разработал для шифрования приватных файлов, она распространяется как shareware. В бесплатной версии шифрование специально ослаблено в соответствии с требованиями Госдепа на экспорт вооружений, а также чтобы подтолкнуть пользователей к покупке продвинутой платной версии. Клиенты разные, от домашних юзеров до крупных финансовых организаций.

Если АНБ не получит доступа к файлам, случатся неприятности. Может, умрут люди. По крайней мере, Дэйв внушил мне такое впечатление, когда вежливо попросил, готов ли я предоставить исходники, всё время извиняясь, что не может ничего больше рассказать о ситуации.

Я упоминаю вежливость Дэйва, потому что она казалась необычной и особенно странной — он был слишком приятным. Казалось, что он предполагает или готов принять отказ. И если бы на его месте был кто-то иной в другой ситуации, так бы и произошло. Но здесь казалось, что дело важное, и просто нет времени на обсуждение.

Конечно, Дэйв сразу спросил, есть ли бэкдор для расшифровки, потому что это сэкономит много времени. Но нет. SafeHouse разработан по самым высоким стандартам и передовым практикам с использованием сильного 256-битного шифрования.

Хорошо, я готов предоставить исходники. Любые, без вопросов. Но была одна небольшая проблема — у меня их нет с собой, ведь я в отпуске. Поэтому придётся позвонить и разбудить Рона в Портленде. Стукнул уже час ночи на западном побережье. Рон работал программистом в моей команде, и я точно знал, что у него дома есть копия исходников.

Звонок. Письмо. Готово.

Я попробовал прощупать почву: ребята, так вы действительно способны взломать 256-битное шифрование? Дэйв хранил молчание. В криптосообществе давно обсуждают эту тему; и я подумал, что стоит попробовать. Даже не рассчитывал на ответ.

Когда этот парень с ноутбуком купил SafeHouse? Какая у него версия? Чем больше я знаю, тем лучше смогу вам помочь.

И вот тогда Дэйв признался, что у чувака на ноутбуке shareware-версия. Что, серьёзно? Это всё меняет. Условно-бесплатная версия поддерживала только слабенькое 40-битное шифрование. Большинство хакеров могут взломать его за пару дней. И я думаю, что секретным шифровальщикам АНБ потребуется гораздо меньше времени.

Я снова прощупал почву: на этот раз об их возможностях взлома 40-битных шифров. Возможно, такой низкий уровень уже не государственная тайна. Но Дэйв опять хранил молчание.

Тупые преступники
Но серьёзно, этот идиот с ноутбуком планировал взорвать здание или что-то такое, но у него не хватило мозгов или денег, чтобы купить нормальную версию программы за $39,99 с максимальным шифрованием?

На этот раз Дэйв ответил: «Удивительно, но такое происходит постоянно. Их называют тупыми преступниками не просто так. Невероятно, но это правда».

Я продолжал работать с Дэйвом и его командой в течение дня или около того. Ответил на все их вопросы, а они не ответили ни на один из моих — естественно. Но они всегда были вежливы в этих односторонних разговорах, которые разжигали безумное любопытство, которое, как я знал, никогда не будет удовлетворено.

Подарок
Через несколько дней я вернулся домой в Калифорнию, и в моём офисе стояла коробка без опознавательных знаков, с указанием моего имени. Внутри, завёрнутая в белую папиросную бумагу, лежала синяя чашка для кофе АНБ с рукописной запиской на обычной белой бумаге: «Спасибо. Дэйв».

Позже в тот же день позвонил Дэйв. Он ещё не мог рассказать никаких подробностей, потому что всё было совершенно секретно, но сказал, что всё «получилось», и они благодарны за мою помощь.

Ещё раз я попытался вытянуть детали и спросил, означает ли «сработало», что они взломали шифр; но конечно, он ничего не сказал. Молчалив как обычно. Наверное, с ним весело на вечеринках. Дэйв вообще его настоящее имя?

Когда я поблагодарил за подарок, то не мог умолчать о тайной записке, которую он положил в коробку. Дэйв просто рассмеялся и сказал: «Это мои обычные бланки в АНБ».

Эта сверхсекретная чашка у меня уже 18 лет. Именно та, что на КДПВ. Каждое утро я пью кофе, но никогда из этой чашки. Она слишком особенная. Боюсь её сломать, так что пусть стоит на полке в гостиной рядом с другими ценными сувенирами.

Я никогда не был в АНБ, но насколько я знаю, они продают такие чашки в сувенирном магазине. Но для меня это неважно. Эта чашка — напоминание о чём-то плохом, что никогда не произошло, и я сыграл в этом небольшую роль.

Но одна вещь сидит у меня в голове все эти годы: как, чёрт возьми, Дэйв выследил меня за 3000 миль от дома посреди ночи в тот жаркий летний вечер в Бристоле, штат Коннектикут?
Источник

Оставить комментарий